Первый замский врач П.М.Леонтьевский


Коллектив Вельской ЦРБ чтит память первого земского врача Вельского уезда, основателя здравоохранения и аптечного дела в Вельском, Верховажском и Устьянском районах Петра Михайловича Леонтьевского.

ОДИН ВРАЧ НА СТО ТЫСЯЧ ЧЕЛОВЕК

Петр Михайлович Леонтьевский родился в 1853 году в семье пономаря Шангальской Богородицкой церкви (ныне Устьянский район). Окончил Вельскую духовную семинарию, а затем – Императорскую Санкт-Петербургскую медико-хирургическую академию. В 1880 году был определён на службу в должности земского врача Вельского уезда. Уезд в то время включал в себя территории современных Вельского, Устьянского, части Коношского районов Архангельской области и Верховажского района Вологодской области. Общее население насчитывало в 1880 году порядка 89 тысяч человек, а к 1990 году возросло до 111 тысяч человек. В течение 20 лет Петр Леонтьевский был фактически единственным врачом на весь Вельский уезд. Выполнял функции терапевта, хирурга, окулиста, акушера, педиатра и др. Благодаря стараниям земского доктора, больница расширялась, строились её новые здания. К 1917 году в уезде работало уже шесть участковых больниц. Леонтьевский вел и активную общественную работу: организовал съезды врачей Вологодской губернии, был членом попечительского совета женской гимназии и общества при приюте для бедных учащихся в мужском училище, на протяжении 27 лет являлся почётным мировым судьёй. Отработав в Вельской земской больнице более 37 лет, доктор Леонтьевский скончался во время страшной эпидемии дизентерии в 1917 году. Могила П.М. Леонтьевского находится в г. Вельске на городском кладбище рядом со Свято-Успенским храмом.



Ещё в 2011 года инициативная группа, куда входили Светлана Макарова, заместитель главного врача по поликлинической работе, работники здравоохранения и члены ветеранской организации Вельской ЦРБ, при реализации проекта «Достойным землякам – достойную память» осуществили его первый этап: заменено надгробие на могиле Петра Михайловича и благоустроена территория вокруг неё. Обновлена мемориальная доска на доме П.М. Леонтьевского (ныне это дом № 24 на ул. Дзержинского). В октябре 2011, прошли Первые Леонтьевские чтения, которые было решено проводить один раз в три года. Утверждена награда для врачей имени Петра Михайловича Леонтьевского как признание медицинским сообществом заслуг в сфере здравоохранения. В сентябре 2013 года на здании Шангальской поликлиники (Устьянский район) также была открыта мемориальная доска П.М. Леонтьевскому.

Материалы Вторых Леонтьевских чтений см. здесь


ПЕТР МИХАЙЛОВИЧ ЛЕОНТЬЕВСКИЙ - ПЕРВЫЙ ЗЕМСКИЙ ВРАЧ ВЕЛЬСКОГО УЕЗДА

(Статья Марии Павлиновны Потехиной, научного сотрудника Вельского краеведческого музея, из книги «Вельская больница в XX веке (годы и люди), Книга 2, 2000, г. Вельск)

В 1870 году Вологодский приказ Общественного Призре­ния передал Вельскую больницу на содержание Земству. Врача в ней не было, поэтому Вельская Управа нашла не­обходимым предоставить стипендию «способному и достой­ному человеку» для обучения лекарскому искусству в Импе­раторской Санкт-Петербургской медико-хирургической ака­демии. По решению Земского Собрания в 1875 году эта сти­пендия была предложена П.М. Леонтьевскому.

Надо сказать, что к этому времени Петру Михайловичу было 22 года и он уже имел образование. Поскольку родил­ся он в семье пономаря Шангальской Богородицкой церкви, то и выбор был определен изначально. В 1870 году он окон­чил Вельское духовное училище, а в 1874 - Вологодскую ду­ховную семинарию. Но тем не менее Петр Михайлович вы­разил желание обучаться лекарскому искусству и с 1875 по 1879 годы был студентом Санкт-Петербургской медико-хи­рургической академии. После её окончания, получив звание лекаря, постанов­лением Вельской Управы от 15 января 1880 года он опреде­лен на службу земским врачом Вельского уезда и врачом Вельской земской больницы.

До 1900 года, т.е. в течение 20 лет, Леонтьевский был един­ственным врачом в уезде и в его обязанности входило: за­ведование больницей, приём приходящих больных в амбу­латории, посещение больных на дому, врачебный объезд во­лостей, а также ежемесячные осмотры солдат в казарме, нередкие посещения присутствия по военной повинности, приглашения в качестве эксперта судебным следователем, посещение острога для освидетельствования пересыльных арестантов. Те условия, в которых находился Петр Михай­лович, вынуждали его быть врачом-универсалом. Он лечил детей и взрослых при всех заболеваниях - при чахотке и чесотке, при травмах и простуде. Он удалял зубы, принимал роды, делал хирургические операции. Нагрузка была колос­сальной. К примеру, в 1903 году Леонтьевский принял в ам­булатории 12 тыс.582 человека, т.е. в среднем 42 человека ежедневно, но бывали дни, когда число больных достигало 100 человек. В том же 1903 году Петр Михайлович посетил больных на дому 970 раз и пролечил в больнице 496 чело­век. Надо полагать, что Петр Михайлович получил очень хо­рошее образование, потому что в условиях Вельской боль­ницы, где не было ни особой «чистой операционной», ни тех приспособлений, без которых почти невозможно достичь асептики, он оказывал больным хирургическую помощь. К примеру, в отчете Леонтьевского 5-му губернскому съезду врачей, указано, что за 3 года с 1898 по 1900 годы им было сделано 578 операций, из них самые распространенные - удаление раковых опухолей и лимфатических узлов, прокол живота, экстракция катаракт, а также отнятие голени, паль­цев рук, грыжесечение и другие операции. Больных прихо­дилось усыплять посредством хлороформа, который дол­жен был давать больному опытный в этом деле врач, как это делалось в больших больницах. В Вельской больнице это делал фельдшер. Петр Михайлович в отчете Земскому Собранию 1906 г. пишет: «Какое ужасное нравственное со­стояние должен пережить тот врач, которому в самую важ­ную минуту операции вдруг с ужасом крикнут: «больной умер». Вот в такие минуты у земского врача преждевремен­но седеют волосы, и вот когда служба земского врача быва­ет самой тяжелой. Такую ужасную минуту мне пришлось пережить во время одного акушерского пособия, когда хлороформившая акушерка с понятной тревогой объявила, что у больной «нет пульса», «прекратилось дыхание», что «боль­ная умерла». К счастью, больная была только близка к смер­ти, а не умерла, но тем не менее минута глубокого нрав­ственного потрясения была мною пережита».

Одним из условий удачной операции считается, между прочим, полное душевное спокойствие врача. А какое спо­койствие у земского врача, когда нередко «во время самой операции бежали из города с криком, что такой-то больной умирает и требует немедленно врача». А сколько надо условий, чтобы послеоперационное вре­мя протекало благополучно. Да и врачу надо готовиться к операции, приведя себя самого в должный вид, больного, инструменты, перевязочный материал. А когда же все это мог проделать один земский врач с его крайне разбросан­ной работой. Чтобы хотя бы отчасти сгладить указанные недостатки, по просьбе Леонтьевского, Земское Собрание в 1902 году установило «операционную среду» в Вельской больнице. В этот день приема приходящих больных не было, за исключением тяжелых случаев. Леонтьевский в своих докладах Земскому Собранию по­стоянно указывал, что одному врачу, в обязанности которо­го входит заведование больницей, участком, амбулаторией, никогда не удастся развить хирургическую деятельность до желаемых результатов. «Нужен особый врач, который дол­жен постоянно пополнять знания, посещая хирургические отделения лучших больниц».

В обязанности врача входило посещение врачебного уча­стка. И если Леонтьевский уезжал, например, в Бестужевс­кую волость, значит, в течение недели город и больница ос­тавались без врачебной помощи. Петр Михайлович в своем докладе Земскому Собранию в 1904 году приводит случай, когда он вернулся после 10-дневной поездки в Устьянскую волость и был встречен сообщением, что больной, которо­му перед поездкой он вырезал небольшую опухоль на руке, умирает и уже закрыт ширмами и одеялом, чтобы соседи по палате не видели последних минут его страданий. Ока­залось, что больному надо было немедленно поднять дея­тельность сердца и сделать два разреза, чтобы выпустить гной, - и человек через день был вне всякой опасности. Поэтому Леонтьевский постоянно указывал на необходи­мость приглашения специального врача, который без ущер­ба для больничной деятельности мог бы возможно чаще бывать в уезде. Будучи поставлен в условия, когда необходимо оказывать помощь десятку тысяч больных, Петр Михайлович, как он сам пишет в отчетах, «волей-неволей делал для больного не все, что следовало бы делать и что мог бы он сделать, если бы за дверью не ждали десятки больных, может быть еще более нуждающихся в его помощи».

Вельская больница постоянно была переполнена. Уми­рало примерно 9 процентов больных. Например, в 1903 году из 496 лечившихся умерло 45 чел. «Многие из умерших были доставлены только что с признаками жизни или настолько истощенными, что на их излечение нельзя было питать ни­какой надежды». Но и эти 9 процентов смертельных исходов для больницы, куда поступали всякого рода больные, невы­сокий показатель и не отличался от средней цифры по Рос­сии. А вот отказов в приеме в больницу было очень много. И начиналось упрашивание врача, больной соглашался лежать на полу, кланялся врачу в ноги, так как не хотел возвращать­ся домой со своим необлегченным недугом. Чтобы изменить эту ситуацию, П.М.Леонтьевский постоянно обращался в Земскую Управу с просьбой об открытии новых больниц в уезде. Но этот вопрос решался очень сложно, так как требо­вал немалых затрат. Можно в качестве примера привести историю открытия больницы в Верховажском посаде. Идея об ее устройстве впервые была выражена в докладе Леон­тьевского еще в 1881 году. Результатом было следующее постановление Земского Собрания: «поручить Управе вой­ти по этому вопросу в сношение с Верховажской посадской Управой и о результатах доложить будущему очередному Собранию». Но с 1882 по 1890 годы вопрос о Верховажской больнице на заседании Земских Собраний не разбирался. В 1891 году Леонтьевский вновь обращается с ходатайством в Управу об открытии Верховажской больницы, но оно было отклонено. В 1892 по 1895 годы (ежегодно) врач снова ста­вил этот вопрос перед Земским Собранием, но результат был тот же. В 1896 году последовал доклад Управы о необходи­мости открытия Верховажской больницы, но вопрос остался открытым, собрание мотивировало тем, что место для боль­ницы отведено поздно. В 1897 году Земское Собрание вновь заслушало доклад Леонтьевского о необходимости больни­цы, причем были представлены: предложения начальника Губернии о необходимости больницы, переписка Управы с посадом, план больницы и смета на ее строительство. Но собрание большинством голосов (11 против 8) решило боль­ницу не открывать. В 1898 году вопрос вновь поднимался и вновь был отклонен. И, наконец, 1 марта 1900 года Верховажская больница была открыта. В этом же году открылась еще одна лечебница в селе Бестужево в Устьянской волос­ти. Таким образом, в уезде стало три больницы и он был разделен на три врачебных участка.

Но врачей, желающих ехать в наш отдаленный уезд, было немного. Они приезжали, но через несколько месяцев ос­тавляли службу. Возможно, и по этой причине, сын Петра Михайловича Борис поступает в Санкт-Петербургскую ме­дико-хирургическую академию, и в 1907 году, закончив ее, поступает на службу в Верховажскую больницу. А в Устьянскую больницу постоянного врача долгое время найти не удавалось. Осенью 1909 года, во время поездки в Санкт-Петербург, Петр Михайлович имел возможность видеться с врачами со всех концов страны и пригласить их на службу в Бестужевскую больницу. Выразил желание только один мо­лодой врач, но во время беседы он высказался, что ему не хотелось бы иметь участка, в котором самая дальняя де­ревня была бы дальше 15 верст от квартиры врача, и когда Леонтьевский сказал, что в наших местах есть деревни, на­ходящиеся от больницы в 125-ти верстах, то, как пишет Ле­онтьевский: «мой коллега привскочил на месте, замахал ру­ками и начал поскорее прощаться со мной.» Но тем не ме­нее, стараниями Петра Михайловича врач в Устьянскую больницу был найден. И даже более того, были открыты еще три больницы - Чушевицкая, Шангальская и Хмельниц­кая. Таким образом, к 1917 году в Вельском уезде было 6 больниц, в чем немалая заслуга Петра Михайловича Леон­тьевского.

Он так же много сделал и для устройства и расширения Вельской больницы. Приняв ее в ветхом состоянии, он до­бился того, чтобы в 1884 году Земство передало под боль­ницу почти новое, построенное в середине 70-х годов боль­шое двухэтажное здание, и выделено отдельное здание для аптеки. В 1900 году рядом построено одноэтажное каменное зда­ние, а в 1909 году - заразный барак. В 1914 году начато строительство кухни, а в 1915 году - здания под амбулаторию.

Было много проблем, в том числе с наймом служителей в заразный барак, да и просто с наймом прислуги, так как им приходилось носить воду из колодца, до 200 ведер в день. Вода в колодце в таком количестве часто не успевала ско­питься, поэтому приходилось носить ее с реки. В 1913 году Петр Михайлович возбуждает ходатайство об устройстве во­допровода.

При всех этих трудностях, тем не менее, больница рас­ширялась, и доверие народа к ней год от года вырастало, а Петр Михайлович Леонтьевский пользовался в Вельске и уезде большим уважением. Об этом красноречиво говорит тот факт, что Вельское Уездное Собрание 9 раз, на протяже­нии 27 лет, избирало его Почетным Мировым судьей. А надо сказать, что на эту должность избирали лиц, которые «при­обрели общественное доверие и уважение своими заслуга­ми и полезной деятельностью». Для избрания таких лиц не­обходимо было единогласное решение всех членов Земс­кого Собрания.

В летописи жизни той поры осталась и широкая обще­ственная деятельность Петра Михайловича. Он входил в По­печительский Совет женской прогимназии, был членом Бла­готворительного общества для девочек-сирот и Общества попечения о приюте для бедных учащихся в Высшем началь­ном мужском училище.

Вельское Земство высоко ценило деятельность Леонть­евского: Вельская Управа многократно объявляла ему бла­годарности. В журнале Земского Собрания есть следующая запись: «Вельское Земское Собрание 1905 года благода­рит П.М. Леонтьевского за полезную для Земства деятель­ность». В приветственном адресе по случаю его 25-летия в дол­жности Вельского Земского врача указано: «он стоял выше страстей и мелочности».

15 января 1910 года исполнилось 30 лет службы в Вель­ском Земстве врача П.М. Леонтьевского. О его заслугах Уп­рава считает упоминать излишне, т.к. они известны всем, и Земское Собрание много раз обращало на них внимание, а потому Управа считала бы справедливым возбудить хода­тайство о награждении П.М. Леонтьевского орденом Свято­го Станислава 2-ой степени. А вот совершенно уникальное решение Земского Собра­ния: «15 января 1915 года исполнилось 35 лет безупречной службы в Вельском Земстве П.М. Леонтьевского. Управа про­сит Леонтьевского продолжить свою деятельность, но если он почему-либо оставит службу в Земстве, в дополнение к пенсии из пенсионного фонда Губернского Земства Управа считает своим долгом назначить ему пожизненную пенсию от Вельского Земства в размере 500 рублей в год». Такое решение Земского Собрания является действительно уни­кальным и, возможно, единственным случаем, когда Зем­ство проявило такую щедрость.

Петр Михайлович пользовался в Вельске и уезде всеоб­щим уважением. Он отличался гуманностью, честностью и бескорыстием. Приведу случай, который описывает Ольга Петровна Стрекаловская: «В начале 80-х годов Леонтьевс­кий ездил на рекрутский набор в Богоявленск. В одной избе его поразил тяжелый запах гниющего мяса. Ему показали девочку-сироту, 7 лет, Суховскую, которая жила в нянях. Ус­нув на печи, она получила тяжелые ожоги спины, лечить ее было некому, ждали, когда умрет. Леонтьевский был страш­но возмущен и приказал волостному немедленно доставить ребенка в больницу, где она и была излечена». Как уже сегодня упоминалось, эпидемии практически не покидали Вельский уезд. Во время такой страшной эпиде­мии дизентерии в 1917 году Петр Михайлович, оказывая по­мощь больным, заразился сам и 12(25) сентября 1917 года скончался. В некрологе, опубликованном в Вельской «На­родной газете», сказано: «Его служение - редкий пример. Оно свидетельствует о его скромности и нестяжательности. Он был доступен одинаково всем и богатым и бедным, со всеми одинаково ровен, безукоризненно корректен в обра­щении и всегда готов служить каждому. Довольствуясь по­лучаемым по службе жалованием, он даже с состоятельных своих пациентов не брал за визиты, которых было так мно­го, что даже удивительно, как у него хватало сил».

Таким образом, Петр Михайлович Леонтьевский 37,5 лет честно и безупречно служил жителям Вельского уезда и его вклад в развитие здравоохранения должен быть оценен. Петр Михайлович достоин нашего уважения и нашей памяти.